КОНСТАНТИН ХАБЕНСКИЙ: "КАЖЕТСЯ, МНЕ НЕМНОГО ЗА 30"

- На сколько лет вы себя ощущаете?

- Не знаю, мне трудно ответить на этот вопрос. Кажется, мне немного за 30, впрочем, это вообще не важно для меня сейчас.

- Съемки были сложными?

- "Адмиралъ" снимался очень тяжело, и не могу объяснить почему. Наверное, самым сложным было не уйти в сегодняшнюю манеру существования на экране: посмеялись, какую-то мысль между строк оставили, со всем этим проскочили, и хорошо. Как бы ни было сложно, такой подход в корне неправильный, и его нужно стараться избегать. Это самое главное.

- Как вы настраивались перед работой?

- У всех своя "кухня", свой подход: кто-то, чтобы настроиться, бегает кругами, кто-то сидит спокойно, кто-то читает текст. У всех это происходит по-разному. Самое главное в этом процессе - участие режиссера, его включенность. И надо отдать должное режиссеру "Адмирала" Андрею Кравчуку. Работа над картиной была чрезвычайно тяжелой, и суметь дотащить эту глыбу до финала - дорогого стоит. Вся остальная "кухня" зависит от способностей каждого актера. Как настраивался лично я? Ну, следил за спиной, за словами. Одно и то же предложение можно прочитать просто, а можно сделать так, чтобы оно заворожило слушателя.

- Говорят, вы не сразу согласились на роль Колчака?

- Если отталкиваться от исторической реальности, то сложность была в возрастном несоответствии. Я значительно младше своего героя и считал это большой проблемой. Так что отказывался от этой роли сначала именно из-за возраста.

- Но если вам предложили роль, значит, режиссер видел именно вас этим героем?

- Возрастная проблема была на уровне прочтения сценария, но потом уже появились вопросы и с внутренним миром героя. Вообще, мне было интересно поработать в этой истории. Для меня это было ново - я еще не делал такой работы.

- Как вы считаете, существует ли в обычной жизни такая безграничная любовь, как в вашем фильме?

- Да. Я верю, что такая любовь существует. Люди, умеющие так сильно любить, живут рядом с нами. Просто мы их либо не знаем, либо не видим.

- Вы как-то готовились к роли?

- Да, глупо приступать к такой работе, не изучив свидетельства современников, не прочитав биографию героя, не ознакомившись с документами, кинохроникой и, конечно, фотографиями. Естественно, в меру возможностей я подготовился. Разумеется, самой полной информацией об этом герое и нюансах его мира и времени обладали продюсеры, сценаристы и режиссер. Но я тоже старался от них не отстать.

- Съемки проходили в том числе и в море. Вас не укачивало?

- Бог миловал, особых волн во время съемок не было. Но все равно жаль, что в море нет троллейбусов, чтобы можно было в любой момент вернуться домой. (Смеется.)

- Вы много снимаетесь, а отдыхать-то успеваете?

- Конечно, я отдыхаю. Все в порядке, не волнуйтесь. Я нахожусь в хорошей физической форме, вот сейчас отдохнул и снова принимаюсь за работу.

- Чем занимаетесь в путешествиях?

- Иногда я читаю, но в основном пытаюсь выспаться, потому что мне это редко удается сделать.

- Что вы любите носить?

- Удобную одежду. Какие-нибудь джинсы.

- А по магазинам ходите?

- Очень не люблю, так что вещи покупаю редко.

- Новые съемки?

- Ничего конкретного пока не скажу. Тем более не надо забывать, что я еще и в театре служу. Иногда мне кажется, что хватит уже сниматься, нужно, в конце концов, и совесть иметь - нельзя же так часто мелькать на экранах. (Улыбается.)

- То есть вас беспокоит, что вы можете надоесть зрителю?

- Если бы у меня были одинаковые роли, то тогда мной можно было бы перенасытить зрителей. Но у меня все роли разные, поэтому это невозможно. Сейчас я думаю так, но могу и ошибаться.

- Это правда, что для съемок вам пришлось научиться верховой езде?

- Ситуация была такая: вечером я уезжал на съемки, а около 12 часов ночи приезжал в небольшой московский манеж и по несколько часов овладевал навыками верховой езды. Времени было мало, но мне обязательно нужно было успеть научиться уверенно держаться в седле. Наверное, чему-то я все же научился. Кстати, для съемок я еще и французский язык учил.

- А как у вас вообще с иностранными языками?

- Кое-как выучил полтора. Я и русский-то не всегда понимаю. Например, после спектакля подходят и признаются, что "было прикольно". Даже теряюсь в таких случаях.

- Будете кататься на лошадях по выходным, чтобы не потерять навык?

- Я планирую очень многое, но не все планы потом удается воплотить. Мне кажется, что, выбирая между верховой ездой и сном, я все же предпочту просто поспать. Еще и затем, чтобы потом перед театральными зрителями не было неудобно.

- Ваш друг Михаил Пореченков занялся режиссурой. А вы не хотите?

- Я слишком хорошо знаю, что включает в себя профессия режиссера. Ведь на каждом проекте я работаю с настоящими профессионалами. И вижу, что именно они делают, и знаю, какой каторгой эта работа может быть. Поэтому, на мой взгляд, от этой профессии бежать надо подальше.